| Соблюдение требования письменной формы договора (сделки) предполагает составление документа, определяющего его содержание, а также подписание документа лицом, от имени которого сделка совершена, или теми, кто действует по его уполномочию, в частности по доверенности.
Юридические последствия несоблюдения простой письменной формы договора (сделки) сводятся к следующему:
Нотариально удостоверенные договоры (сделки) осуществляются путем совершения на документе удостоверительной надписи нотариусом или другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие. Сущность нотариального удостоверения договора (сделки) состоит в том, что после разъяснения сторонам смысла и значения представленного ими проекта сделки и проверки соответствия его содержания действительным намерениям сторон, а также отсутствия противоречий требованиям закона нотариус (в предусмотренных законом случаях - должностное лицо, которому предоставлено право совершать нотариальные действия) учиняет удостоверительную надпись. Несоблюдение нотариальной формы договора (сделки) всегда влечет ее недействительность, а несоблюдение требования о ее государственной регистрации - только в случаях, установленных законом. Подобные сделки считаются ничтожными. Признание сделок недействительными Юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Аудиторская практика показывает, что большинство коммерческих организаций включают в свои учредительные документы положения, предусматривающие ведение любых видов деятельности, не запрещенных законодательством. В соответствии с нормами ст. 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом. При этом необходимо помнить, что согласно п. 1 ст. 50 ГК РФ коммерческие организации преследуют извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности. На основании п. 1 ст. 113 ГК РФ устав унитарного предприятия должен содержать также сведения о предмете и целях деятельности такого предприятия. Согласно нормам ст. 295 и 296 ГК РФ ведение унитарным предприятием деятельности, не отвечающей предмету и целям, определенным собственником имущества, может повлечь изъятие собственником излишнего, неиспользуемого либо используемого не по назначению имущества. Таким образом, по общему правилу отсутствие в уставе коммерческой организации прямого указания на право ведения какого-либо вида деятельности не является препятствием для ведения такой деятельности. Только отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься лишь на основании специального разрешения (лицензии). Отношения, возникающие в связи с осуществлением лицензирования отдельных видов деятельности, регулируются Федеральным законом от 08.08.01 № 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности". Законодательство не возлагает на участников гражданского оборота обязанность проверки наличия у контрагента лицензии на соответствующую деятельность. В соответствии с п. 2 ст. 14 Федерального закона от 25.09.98 № 158-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", действовавшего в тот период времени, любые лица вправе (но не обязаны) получить за плату в лицензирующих органах информацию из реестров лицензий в виде выписок о конкретных лицензиатах. Поэтому налоговые органы не вправе требовать от организации каких-либо доказательств наличия у ее контрагента лицензии. Судебная практика негативно относится к смешению налоговыми органами вопросов налогообложения и лицензирования.
Правовая позиция ВС РФ в полной мере отвечает назначению института лицензирования. Положения ст. 173 ГК РФ позволяют утверждать, что при оспоримости "безлицензионной" сделки учитываются интересы добросовестного участника гражданского оборота, заключившего договор с субъектом, не имеющим лицензии на соответствующий вид деятельности. Об этом свидетельствуют обязательные условия, необходимые для признания оспоримой сделки недействительной по ст. 173 ГК РФ: сторона, вступившая в отношения с субъектом, не имеющим лицензии на соответствующую деятельность, знала или заведомо должна была знать о незаконности сделки. Иными словами, такая сторона должна являться недобросовестным участником гражданского оборота. И только в случае доказанной в суде недобросовестности этой стороны закон позволяет признать "безлицензионную" сделку недействительной. В пункте 3 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота предполагается до тех пор, пока иное не доказано. Поэтому при отсутствии доказанной в суде недобросовестности участника гражданского оборота в "безлицензионной" сделке применение к нему каких-либо неблагоприятных правовых последствий (в т. ч. и налоговых) недопустимо. В постановлении ФАС Московского округа от 22.02.2006 г. № КА-А40/427-06 подчеркивается, что право налогоплательщика на включение затрат в расходы не связано с наличием лицензии у лица, оказывающего услуги налогоплательщику. Таким образом, сделка, совершенная без лицензии, является оспоримой, т. е. порождает надлежащие правовые последствия до момента признания ее недействительной судом. Значит, до этого момента налоговый орган не вправе расценивать произведенные по сделке расходы как не соответствующие законодательству и не подлежащие отнесению на себестоимость. Иная позиция была бы не чем иным, как нарушением презумпции законности оспоримой сделки и установленного ГК РФ исключительно судебного порядка признания оспоримой сделки недействительной. Согласно ч. 1 ст. 53 АПК РФ в случаях, предусмотренных федеральным законом, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы вправе обратиться с исками или заявлениями в арбитражный суд в защиту публичных интересов. В соответствии с п. 11 ст. 7 Закона от 21.03.1991 N 943-1 "О налоговых органах в Российской Федерации" налоговым органам предоставляется право предъявлять в суде и арбитражном суде, в частности, иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам. Согласно ст. 8 указанного закона данное право предоставляется только руководителям налоговых органов и их заместителям. Президиум ВАС РФ в Постановлении от 07.06.2005 N 2748/05 разъяснил, что отсутствие вышеуказанной нормы в части первой НК РФ не лишает налоговые органы прав, предоставленных Законом N 943-1, регламентирующим их деятельность как государственных органов.
В соответствии со ст. 173 ГК РФ сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах (унитарное предприятие), либо юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. Как правило, в тексте договоров фиксируется, что сторона, подписавшая договор, действует на основании устава организации, что, соответственно, предполагает, что контрагенты, заключившие сделку, ознакомились с уставами друг друга. Поэтому доказать в арбитражном суде тот факт, что другая сторона знала о незаконности сделки, не представляет сложности для заинтересованных лиц. Законами, регулирующими ко |